Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

Janne

(no subject)

Поломали копья о никогда не существовавшую/неправильно понимаемую поговорку «de mortibis aut bene aut nihil». Обернулось всё по Коко Шанель: мне плевать, что вы обо мне думаете, я о вас вообще не думаю. А почему? А потому что надо видеть в каждом/во всех индивидуальное, а не подменять картинку якобы принципами.

У меня есть одно воспоминание о покойнице. В начале 1990-х годов зашла в один дом по какому-то делу и пришлось задержаться: хозяева смотрели телевизор. Шла передача, построенная на сопоставлении разных советских людей, проживших жизнь по-разному: дети Чапаева, дочь и сын, и Алексеева. Впервые услышала имя, запомнила. Задумка передачи была простая, наверняка, у сочинителей передачи были понятно какие симпатии. Но получившееся обернулось иным впечатлением, и сильным. Интеллигентная (terminus technicus) старушка с хвостиком сидела на стуле на нейтральном воне и рассказывала (да, что-то правозащитное), старички Чапаевы перебирали фотографии и что-то вспоминали. Так вот она рядом этими старичками выглядела хабалкой, с базара, ниоткуда и непонятно зачем, а старичкиаристократами. В том самом историческом смысле своегоterminus technicus: люди, которые знают свое происхождение, чем занимаются и и ради чего. Кажется, не должно было случиться такого разительного столкновения, люди что-то сами рассказывали, не было посторонних кадров и лиц. Сейчас мне уже трудно подобрать слова для более точного описания, могу только сказать, что этот опыт более не повторялся: такой силы противостояния хайла и высокой речи встретить больше не пришлось.

Janne

(no subject)

Умерла Василка Тъпкова-Заимова (1924–2018), болгарский византинист, со специализацией в истории Болгарии, а значит, IXXXI века. На любителя, но имя крупное. Естественно, оповестили всюду. Отклики.

Отклик самого известного византиниста-соотечественника:

«она всегда ненавидела коммунистов, но никогда не переносила этой ненависти на русских коллег».

Сколько виктимности в этих словах! Готовности, что кто угодно имеет право бросить тебе в лицо какие угодно оскорбления. Как с таким живут? Когда-то студенткой, глядя на «взрослых», я удивлялась, что вроде бы люди хорошо знают греческий, европейские языки, имеют доступ к литературе, лично знакомы с зарубежными коллегами, работают по специальности (то есть не обременены необходимостью другим зарабатывать деньги) — и ничего не происходит.

Примерно я понимаю историю и природу этого явления (и травмированные первые в болезни виноваты). Я к тому, что эта виктимность объясняет отсутствие отечественной византинистики как заметного явления. Внешне там "все вы пузыри и твари дрожащие", в внутри настоящее — "нам не должно сметь".

Janne

(no subject)

Вышла рецензия на мой перевод книги Калделлиса «Византийская республика: народ и власть в Новом Риме»: Византийский временник, 75 (100) (2016). С. А. Иванов любезно согласился прислать текст. Текст, собственно, о восприятии рецензентом Калделлиса (про это я опущу); переводчику отведён последний абзац (из чуть больше четырёх страниц). Ничего страшного, вопреки ожиданиям, и, конечно, смягчено в сравнении с тоном, который пронизывал почти все высказывания на заседании в Европейском университете, выходу этой книги посвященном. Но главное, имя переводчика отсутствует! Вроде как рецензия и про переводную книгу, а кто сделал это — неизвестно. Такое отдельное и пленительное хамство. И на заседании в ЕУ меня не назвали (я уж не говорю о том, что не пригласили), хотя говорили много о том, как всё это плохо. Я встречала работы, посвящённые Вальденбергу (которого я издавала), и библиографии, где не упоминалось, что эти работы стали доступны по рукописям, подготовленным к изданию (имя). Что-то в этом есть ужасно советское: вещи возникают сами, без участия творца (с любой буквы). Потрясает. В следующий раз можно и автора не указывать. Зачем? Нам же книжка важна, какая разница, кто её написал?

То ли дело у американских людей: there is no such thing as bad publicity. Понимают…

Сквозной термин книги — polity (англ. калька с греч. politeia). С. А. Иванов повторил, что не стоило переводить как «образ правления», а лучше, например, как «режим». Римский режим. Боюсь, что  обвинили бы в симпатиях к сталинизму или в неспособности отрешиться от тоталитарного прошлого. Не режим был у римлян, а образ правления; который менялся не меняясь. Нехорошо переводить одно слово двумя, но зато точно.
Janne

фб

не пОняла: не могу комментировать в фб.

Меня в фб вообще, можно сказать, нет. Пара-тройка друзей из личных знакомых, пара-тройка людей, которых отслеживаю, а в целом -- для того чтобы читать ресурс. Оствила комментарий на пост, сравнивающий римского папу-демократа и патриарха-держиморду, исключительно в плане справедливости и обоснованности суждений. Обнаружила, что теперь не могу комментровать ничего. -- Такое бывает?
Janne

(no subject)

https://eu.spb.ru/news/17116-vizantijskaya-respublika-narod-i-vlast-v-novom-rime

Под председательством С. А. Иванова (Мск) обсуждение книги Калделлиса «Византийская республика» в Европейском университете и с приглашенными. Говорят не о том, что прочитали или поняли/не поняли, а о том, что сами знают. Только П. Лукин (тоже Мск) говорит от себя и о том, что прочитал. Когда возникает разговор, что теоретик государства Skinner процитирован недостаточно, есть еще семитомное издание, возражает, можно сказать, от лица автора: «Калделлис занимается терминологией, релевантной для его исследования». Остальное пустопорожне.
Из их беседы следует, что изучение Новгородской республики — магистральная тема практикуемой ими медиевистики. То-то их ректор Хархордин написал труд о проявлении понятия res publica в работе ЖКХ. Похоже, тема спущена сверху.
в свет обязательной любви к демократическому удивительно, что они накинулись на американца. Что-то в этом особенное. Говорят мимо, но хорошо, если только непонимание стоит за дружностью нападок.

Я не думала, что в Европейском университете так убого, в целом выходящее из рук тамошних людей читать можно, хотя они срываются из постмодернистических исследований в личные оценки.

Ругают перевод. Но Калделлис не природный американец, а грек, родился и учился в Греции. Я переводила ровно то, что написано. Да, лат. mos maiorum надо было перевести «обычай предков», Иванов прав. Но теперь И. П. Медведев в академиках, поэтому любому сотруднику РАН лучше помалкивать о чужих грехах. Собственно, сквозь призму этого печального и позорного события и виделось выступление Иванова, не попадающего в текст, как и другие, и даже несколько фальшивящего.
Janne

(no subject)

Читать про известную школу все интереснее и интереснее, потому что пошли, наконец, обобщения:
Идеальных коллективов не бывает. В норме кто-то недоволен, кто-то с кем-то собачится, дети ненавидят физичку или там математичку <...>
И под этим перекрестным огнем претензий ни одна Страшная Тайна не уцелеет. Любой нарыв прорывается моментально, не переходя в хроническую форму. Я назову это социальным иммунитетом.
В теплой дружеской атмосфере всеобщей любви, семьи и мимими социальный иммунитет подавлен. Нет перекрестного огня претензий, возмущенные лейкоциты не устраивают митингов в коридоре перед кабинетом алгебры, социальное нагноение переходит в сепсис.
<...>
В такой здоровой обстановке нельзя ни под юбку ученице лапы запустить, ни -- что тоже важно -- никакую идею вживить в критически настроенный, слегка ощетиненный для защиты детский мозг.
Ни идею исключительности.
Ни коллективной ответственности.
Ни социального дарвинизма.
Ни любви к товарищу Ким Ир Сену.
Ни желания ходить в строю гитлерюгенда.
Ни комплекс неполноценности.
Ни даже комплекс превосходства.
<...>
Вы не слышите сами, что это уподобление школы семье -- это самый что ни на есть аутентичный совок, коллектив, рвущийся заменить человеку интимное домашнее пространство? Ведь неслучайно дети родителям боялись рассказать! Родителям -- боялись! У меня в голове не укладывается. Чтобы я перед родными мамой и папой покрывала какого-то там препода?!
Это же то самое, что вы все якобы так не любили в СССР. Видимо, вдолбленное с детства -- не вытравливается. И кому-то кажется, что стройный отряд октябрят, славящий дедушку Ленина -- это фу, совок, а если тот же отряд будет славить родную школу -- это уже другое дело! А вот не другое ни фига.
Когда я слышу про опороченную честь школы, мне хочется схватиться за что-нибудь тяжелое. Это же у них были элементы инициации -- примитивной первобытной инициации. А вы думали, это образование XXI века для людей с хорошими лицами.
Но вы можете пребывать и дальше в уверенности, что общинный коллективизм клевая штукенция, если наполнить ее Добром, Светом и Мимимишечкой.
(фб, Н. Рожкова)

Про инициацию, конечно, жестко. Не так давно прочитала книгу О. Хархордина "Обличать и лицемерить" о создании коллектива как субъекта общества (начиная с Макаренко и до 1960-х, когда восприятие и позиционирование себя через коллектив дошло до групп, соединенных по признаку дружбы или каким-то иным личным параметрам), -- книга, что называется, перепахала. Многое объяснила из того., что мучило в детстве, когда приходилось сталкиваться с консолидированным лицом коллектива-субъекта.
Janne

(no subject)

Лаборатория в Сочи манипулировала допинг-пробами во время ОИ-2014.
Государственные спецслужбы принимали участие в манипулировании допинг-пробами.

Что называется, кисо обиделось (с). Дали этим посконным лаптежникам олимпиаду, а они всё те же, не меняются. (Какая знакомая реакция и обида!)

Собственно, масштаб скандала и свидетельствует о том, что ничего нет. Когда есть, рисунок скандалов иной.
Janne

Петров-Водкин в Русском музее

Петрова-Водкина всего несколько работ, выставка его учеников. Это — открытие.
Первая половина 1920-х гг.. Да, много работ, на которых пытаются воспроизвести пространство, как у самого мастера: много планов, поднятый горизонт, резкие ракурсы с портретах и натюрмортах. П.-В. говорил, что чтобы увидеть пространство таким, надо падать на землю — и земля сама поднимется и увидишь. Помнится, Даниэль рассказывал, что много раз падал (кажется, на родине П.-В. под Саратовом тоже), но не увидел.
Эксперименты с ракурсами в натюрмортах разного качества, есть удивительные (Чупятов, Белый натюрморт и и Черный натюрморт с шаром и бумагой). Натурщики с учетом того же петрово-водкинского многопланового пространства.
Но главное — портреты. С именами и без имен. Отсутствие времени, отсутствие внешней среды, на которую можно было реагировать или которая могла бы отпечатываться на этих людях; сами люди с неопределившимся внутренним лицом. Будто их еще нет, но уже одни (только это положительного можно о них казать) в мире, в котором ничего нет., и, Они только должны стать. Точка безвременья.
Отсюда камертон выставки — «Изгнание из рая» самого П.-В. Как заходишь, видишь это изгнание, а по сторонам пребывающее отсутствие.
Свежее впечатление. Не часто такое случается.

Недавно читала книгу О. Хархордина «Обличать и лицемерить» — о советских социальных практиках, то есть становлении и функционировании коллективизма, коллектив — субъект и личность, а не отдельный человек. Много материала, многое объясняет (то, чего не понимал в детстве, сталкиваясь со странным поведением внешней среды — общественной и, что страшнее, частной). Конечно, как бы автор ни держался отстраненно, оценки прорываются. Но, дочитав, я подумала, что этот путь был неизбежен и таил в себе великое благо. Надо же было как-то переработать в понятные формы и механизмы огромное общество, в котором обрушилась прежняя иерархическая система. Ничего другого и лучше, наверное, было и не придумать. Так вот портреты с выставки «Круг Петрова-Водкина» напомнили переход, соевршавшийся в 1920-х, что описан у Хархордина.

Рядом выставка «Автопортрет в русском искусстве». От автопортрета с женой Матвеева до видеоарта (скучного). Очень аккуратно подобрано, подборка плотная, покрывает все. Есть вещи, которые, наверное, никогда и не выставлялись. Для меня любопытен был один момент: отсутствие автопортретов в конце 1950-х. На этот промежуток времени приходится (как я считаю) великая травма, нанесенная XX съездом партии. И на месте травмы молчание. А потом, с начала 1960-х — ну, всё изестное, известного стиля и содержания.

На «Круг Петрова-Водкина» надо идти еще раз. В сети не нашлось портретов с этой выставки, но несколько других картинок под катом
Collapse )

 
Janne

(no subject)

Как интересно. Оказывается, скандал из-за установки доски Маннергейму устроил хояин гостиницы, находящейся в том здании, где когда-то былая военная академи. Просто их начали выживать оттуда -- и они придумали, как наделать шуму, что выселять их нельзя.
http://rosvesty.ru/2181/upravlenie/10326-kak-melkie-gostinichnye-biznesmeny-kreml-podstavili/

эта доска -- трещина между населением и властью (для меня это только так), а от копеечной свечки, как говорится, Москва сгорела.
Janne

(no subject)

На НГ куплено, вопреки традиции, не шампанское, а Prosecco. «Мартини», провинция Венето, — всё, что дб, на этикетке написано. Но если в Британии уже продают подделки из Германии и, страшно сказать, Крыма, то что продают у нас?
Серьезно волнуюсь.