Vera Zemskova (vera_z) wrote,
Vera Zemskova
vera_z

Categories:

пиво для членов профсоюза

Хорошее воспитание требует молчать о чужих недостатках. Христианское воспитание требует останавливать зло на себе. Но при столкновении с членами ИПЦ (истинно-православных церквей) следование указанным добродетелям обращает в противоположность.
Точнее, члены одной деноминации этим отличаются — «церкви Лурье» (hgr’а). Члены ее купились предложением получить «билет» и искренне поверили, что получили билет (без кавычек). И теперь, также искренне, полагают, что им все позволено (тоже без кавычек, это не цитата).

Не так давно они попытались дискредитировать высказавшегося о виртуалах девушки Оли Митрениной (mitr) — через сравнение со мной, с моими (якобы) ошибочными идентификациями этих виртуалов. Грубо, оскорбительно, бранно — от абсолютной уверенности в безнаказанности. (Виртуалов О. Митрениной можно пока отставить, она работает не в одиночку, работают небольшой командой вполне респектабельных с точки зрения жж людей.)

Сколько раз я просила hgr’а унять адепток, чтоб не приставали. Мне, в общем, все равно, я могу пропустить мимо ушей и поношение, и на эстетическое безобразие выбросов брани могу закрыть глаза. Но спускать им означает участвовать в самоубийстве и потакать уничтожению других. Самоубийство запрещено.

Они смешные. Вот что за детский сад, когда взрослая женщина не пускает, будто мы в песочнице: здесь «только для чад ИПЦ» (dodododo). Ладно, она понимает кому и что она говорит. Но она не знает, куда попала, когда попала к Лурье, что защищает, какое место ей там отвели и что никогда другого места ей не будет предложено. Но очень старается.

Как устроена «церковь Лурье», не понимают даже приближенные к hgr’у люди, включенные в его непубличные дела. И не верят, если рассказать. Пока сами не наткнутся. Как logothet не верил.
«Церковь Лурье» это несколько человек, с которыми вышел из египта РПЦ МП. Все они были прихожанами о. Александра в церкви св. Александра Невского в Шувалове. Вышли вшестером, после смерти о. Александра осталось пятеро: сам Лурье, вполне тогда еще юный человек, давняя прихожанка о. Александра и две девушки, О. Митренина и Таня Сенина.
Они составили «ядро», которое с тех пор не меняло своего состава. Связь этих четверых к Лурье представляет собою род психической зависимости, глубокой, нерефлексирующей — абсолютной. И он неотторжим от них, потому что получает ту самую подчиненность и привязанность, какая и бывает только в сектах и в какой испытывает потребность. И отторгается любой говорящий на равных. Любой другой в той или иной степени самостоятелен и нуждается в признании себя как отдельного, а эти не требуют, их состояние самодостаточное, подчиняться Лурье их потребность. Вся история этой деноминации в течение 10 лет — отношения между этими людьми по поводу центральной фигуры Лурье, захват его, его внимания, благ, от него исходящих. Другой истории у них и быть не могло, и Лурье сам бы и не допустил. Хотя история, в известной мере, уже завершилась : девушка Оля Митренина всех победила, Лурье принадлежит ей безраздельно, а она сделалась для него всем, и положение ее неколебимо.

Рационально нельзя объяснить связь внутри этой группы. Да, тот юный человек, будучи при церкви (ах, он обращается, обращается! говорила дев. Оля), получил возможность чувствовать себя иным по отношению к его грубому окружению из бизнес-коллег, что он не такое дерьмо, у него есть иное. Для прихожанки о. Александра hgr — продолжение о. Александра. И вообще очень почитает. Девушке Тане Сениной Лурье подарил картину мира. Она, правда, не знает, как ее приспособить, но другие ведь совсем во мраке, а тут идеология, и вообще вы в дерьме, а я в ипц. Для девушки Оли он — мужчина всей жизни (а без мужчины такой сорт девушек не представляет жизни). Картину мира тоже подарил, правда, усвоение ею подарка хоть и сходно (она иногда от св. отец говорит, очень смешно), но еще примитивнее.
Но все это не объясняет. Когда-то в прошлой жизни принадлежала к группе как раз из шести человек, мы не были зависимы друг от друга, но выделяли друг друга из большой, очень приятной и разнообразной компании. Это сложилось само собой, и распалось потом (так что некоторых я и видеть сейчас не хочу). Понимание, как работает такое чутье, осталось.

Главное, что «ядро» не может никого в себя интегрировать. Никто новый за 10 лет не был в него включен и никто старый не выпал. Несмотря на смертельную внутреннюю борьбу.

И те, кто приходит, кому издалека нравится или кто мечтает участвовать, должны помнить: их никогда не возьмут, они не нужны. Нужны их услуги, они только горючее чужой жизни — но при жестком соблюдении подчиненности. И услуги пойдут не на пользу ИПЦ, а на служение чужой жизни. Жизни Лурье и девушки Оли Митрениной. Уже много лет они вдвоем и образуют эту самую церковь, все отстранены, только мебель на богослужениях и курьеры на простейших посылках. (Что за деятельность выдается на «церковную», долго рассказывать.)
И вот этого больше всего не понимают самые приближенные. Из самых приближенных имеющих вес — Солдатов и dodododo, «чадо ИПЦ».

С Солдатовым совпадают интересы: тот сам стал заниматься альтернативным православием (и выдумал это слово), журнал «Вертоград» и Портал-Credo.ru — плоды его способности к конструктивной работе. Он ценен и поставлен на спецобслуживание. Например, в ночь перед его приездом могут перенести литургию на час позже, чтобы он успел с поезда, — без предупреждения, и утром прихожане будут стоять перед запертой дверью с 8 до 9 часов. Потому что Солдатов ценнее их. Но только пока он ценнее. Nothing personal за эти 10 лет, он будет забыт в то же мгновенье, как станет не нужен. Возможно, это его устраивает и он согласен с условиям и, но иных условий нет и не предполагается.

dodododo была ценна, пока е приход в Берлине возглавлял прекрасный немец о. Теодор, широких взглядов, Он обеспечивал «международное признание» hgr’а, тот к нему ездил (зачем?). Немец умер, акции dodododo упали. Пока она не найдет заменителя, акции не поднимутся. Ее деятельность по поддержке и роль интернет-киллерши устраивает, до каких-то секретов ее допускают. И на расстоянии, в интернете вроде большего и требовать нельзя. Но если бы она переехала в СПб с сегодняшним политическим интернет-капиталом, О. Митренина отодвинула бы ее от Лурье в течение недели, туда, к стенке с прихожанами. Иногда бы с ней пили кофе, а так постоять столбиком на службе— домашний компьютер, и наоборот, компьютер—служба. И больше ничего. Потому что это «единственное, на что она способна» (фраза, которая говорилась мне, только иное подставлялось).

И так оцениваются все. Все, кто приближается сам или кого приближают намеренно (отдельный сюжет), становятся топливом — чтобы Лурье и девушка О. Митренина чувствовали, что у них что-то есть (сами они не производят жизни, но это отдельная тема, равно как и почему для самоутверждения выбрана была церковь, а не что-то иное). Кому нравится или полагают такую жизнь особо спасительной — вперед. Только следует помнить, это и есть «чадство» в церкви Лурье.
И не надо смешить гордыми заявлениями о том, что мы не яко прочие человецы. Конечно, не яко прочие, у прочих есть их жизнь, у вас — только hgr. А у него нет своей жизни.

(Ненавижу многословность. И это только по одному сюжету, предельно сокращенно и с пропуском фактических подробностей.)
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 11 comments